25 мая 1998 г.




ПИСЬМО ДЕСЯТОЕ:
Розовый Слон
Портленд
 


Здравствуйте все-все-все.

Поздравляю всех с нашим национальным американским праздником - днем нашей национальной американской памяти по всем жертвам гражданской войны. Я пока не слишком твердо знаю, что это за война, когда и между кем была, но про сам Memorial Day в курсе, так как это первый государственный праздник с момента моей трудовой деятельности на американской земле. Праздник я отмечаю особо глубоким праздничным сном и поздравительным письмом розовому слонику.

В доме напротив люди вывесили государственный флаг. Хотя, по моим представлениям, если человек живет в таком убогом домике, ему не за что особо благодарить государство (а судя по тому, что это корейцы не то японцы, и гражданская война, в память о которой праздник, тоже была совершенно мимо них), несмотря на такое странное несоответствие, говорю я, они-таки его вывесили. Видимо, я чего-то не знаю или не понимаю. Мне, воспитаннику родной страны, вывешивать в праздник государственный флаг в голову не придет.

Из событий крупных, постигших меня за отчетный период. Неделю назад я совершил свой первый вояж внутри страны. Пунктом назначения был Портленд, точнее, три его конкретных обитателя. Иру Позднякову я не видел и не слышал больше десяти лет, и для меня это - рекордная по продолжительности разлука с другом. Более того, как я понял только в ходе визита (вот суконная-то канцелярщина прет!), это обстоятельство висело на мне подспудным психологическим грузом, и чем я даже не подозревал. Когда она уезжала, а было это сразу после школы, я считал без всяких оговорок, что это отъезд на тот свет, и что мы разошлись, как говорится, как в море утюги. То есть - навсегда. И хотя позднее, когда обстановка сильно изменилась, я стал понимать, что это, мягко говоря, не совсем так, тем не менее, оказывается, это "навсегда" висело надо мной до сих пор. Последние чары развеялись только теперь, когда я увидел ее лично (даже, кстати, продолжительные телефонные беседы, которые мы вели уже тут, не могли снять это наваждение). Дополнительным бонусом мне за мои мучения было то обстоятельство, что за эти годы Ира совершенно не изменилась - настолько, разумеется, насколько можно не изменится за 10 лет в таком возрасте. Поэтому я встретился не просто со старым другом, а, что важно, с тем же человеком.

Другие двое, упомянутые выше - это Ирин муж Богдан и их трехлетний сын Конрад. Богдан намного старше Иры, он поляк, раньше был ассистентом режиссера на киностудии и за свою жизнь пожил в дюжине разных стран. Сейчас (уже довольно давно) он занимается тем, что покупает дома, находящиеся в плачевном состоянии, ремонтирует их по полной программе (от постройки уже десять лет отсутствующей крыши до мельчайшей отделки всего дома), и продает обратно. Точнее, обычно они в этот свежеотремонтированный дом переезжают сами, а продают предыдущий. Ремонт Богдан делает своими руками и практически в одиночку, и качество работы меня весьма впечатлило. Вообще, дома там, в Портленде, красивее и больше, чем Вид на Портленд с холма в Калифорнии. Возможно, дело в землетрясениях, а возможно, в стоимости земли в Калифорнии, которая превышает тамошнюю (да и вообще разумную) в несколько раз. Но факт, что тут дома по большей части приземистые, с низкими потолками и неказистые, а там - повыше, светлые, с высокими потолками (примерно как в сталинских домах), красивенькие. Тут, конечно, тоже есть красивенькие, я говорю об общей массе. А еще там есть такая манера - поднимать дома метра на полтора- два над уровнем улицы и устраивать такую насыпь со всех сторон, засаженную травой и кустами. Идешь по улице, и кажется, что все дома стоят нормально, а улица углублена на два метра. Прикольно.

В Портленде постоянно идет дождь. Там очень много зелени и довольно мало достопримечательностей. Поэтому мы провели два дня в беседах, воспоминаниях, обменом свежайшими (всего-то десять лет прошло) новостями, рассматриванием фотографий (Ирка-то уезжала в суровые времена, когда не то что фотографии, даже записную книжку вывозить было опасно). Также много ели (Богдан очень неплохо готовит, а Ира печет удивительный домашний хлеб) и пили (как вечером в пятницу приехал - за стол сели, а потом Ира пошла укладывать малого спать, и за эти полтора часа мы с Богданом, как следует познакомившись, уговорили рекордное количество водки. О чем жалели половину всего следующего дня). А ребятенок у них славный, только с языками ему трудно - приходится аж три штуки осваивать, хотя польский все-таки пока доминирует. Вообще, дома у них весело: Богдан говорит по-польски, Ира - по-русски (прекрасно понимают друг друга), а Конрад - по-своему, на своем собственном наречии с преобладанием польского. В частности, меня (да и всех посторонних дядь) он называет "пан". Кстати, я узнал удивительную вещь. Оказывается, по-польски обращение на "вы" - оскорбительно. Так может сказать полицейский проштрафившемуся водиле. Обычно говорят на "ты". А если хотят особо уважительно, то говорят в третьем лице Ночной Портленд ("как пану нравится Эйфелева Башня?"). Также любопытно было узнать, что для польского уха русский язык не кажется смешным (а я-то считал), тогда как чешский - удивительно смешон, кажется, не менее, чем для русского уха. Причем где-то между седьмой и десятой рюмками мы с Богданом беседовали так: я - "а знаешь, как по-чешски водитель? Возидла!!!" - и покатываюсь со смеху; он - "а знаешь, как по-чешски ...(не помню что)? ...(опять не помню что)!!! - и тоже покатывается со смеху. Кажется, когда Ира вернулась на цыпочках от только что заснувшего сына к нам в гостиную, она была изрядно удивлена...

В общем и целом, я очень доволен этой поездкой. Возможно, как-нибудь ее повторю - если, конечно, они не соберутся переехать в Польшу, о чем сейчас раздумывают. Самое, на мой взгляд, правильное отношение к Америке - это всего лишь одна из стран, а вовсе не пуп земли, как считают эти глупые американцы. И праздники у них какие-то, как говорится, нерусские - Labor Day не как у всех - 1 мая, а в сентябре, вместо 8 марта - Mother's Day в середине мая (впрочем, это как раз разумнее, так как в мае цветы дешевле), никакого Нового Года, зато какое-то непонятное Рождество (непонятное, потому что как-то ведь не все в стране - христиане, есть и иудеи, и буддисты, и мусульмане, не говоря уже об атеистах и коренных индейцах). Ну да ладно, зато тут строго следят, чтобы праздники не попадали на выходные, поэтому у них не фиксированные даты, а определения типа "первый понедельник сентября". Вот тoлько Independance Day, кажется, привязан к дате, но если он попадает на выходной, то ближайший рабочий день делают нерабочим. Никакого жульничества.

На этом я отправляюсь праздновать праздник праздничным завтраком.

Портленд, Morrison Bridge


Письмо номер 9
Содержание
Письмо номер 11